Аллилуйа, братишка! Взял да и придумал новую шутку, которую мало кто переварит. Был у меня такой друг, Мишка, чудак он не по годам. Сидит мертвецким хмуреньким лицом, но во рту глупый смеющийся смех. В общем, типичный гопник, я тебе так скажу.
Давно уже хотел я с ним как-нибудь по-взрослому развлечься. Ну, так чтобы шарахнуть, чтобы сердце остановилось, а потом загудело сильнее, чем в солярии. И вот, решил я все-таки его приколоть, братаны, что мне делать?
Ну, да, у меня тут закладки хорошие завалялись, и решил я прикупить парочку побольше. Никогда в жизни не пробовал, но слышал, что довольно прикольно. Отправился я в свою тайную лабораторию, чтоб побаловаться с веществами.
Готово! Теперь осталось Мишку заставить съесть этот трэш, когда он в никуда не глядит. Вот тут-то и пришла в голову гениальная идея – а не взять ли нам каршеринг, чтобы поездить по нашему прекрасному городу и совершить глупость вместе?
Позвонил я и заказал машину на полдня. И вот уже подъехала она – красавица какая-то, майка настоящая машина лебедка. Включил двигатель, нюхнул эфедрин, и поехали мы с Мишкой наш увеселительный тур! Мишка, чувак, веди себя нормально! – кричал я, когда мы прокатывались по узким улочкам города, а я при этом сидел на крыше машины. А чо, весело же! Какие наркоманы, такие и их родители.
Мишка, бедолага, поддавался на все мои уговоры, особенно после того, как я рассказал ему о нашей закулисной операции с закладками. Он и сам ставился раз в год на какой-нибудь говно, а вот на метадоне еще не пробовал. И почему бы не начать прямо сейчас, в нашем путешествии? И вот настал момент истины. Втихомолку я сунул ему марлю с наркотиком в рот, а сам продолжал гасить по городу. Мишка казался довольным, даже не заметив, что я сказал ему про закладки. И тут поппер трэша! Мишка начинает смеяться громко, как будто его кто-то приколол электродом. Я еле-еле успокаивал его, тем более вожу по городу, а наркоманы, как известно, трэш предлагать – это равносильно «заключить договор на очень странных условиях».
Так, братаны, надо дозу контролировать. Вдруг нас кто-то повалит за рулем, а мы тут выебаны сидим!
В общем, и так прошел наш безумный день. Ну, а Мишку я отвез домой, сделал его последнюю закладку на этот вечер – хлам в его сумасбродную голову. И сам доволен, что научил своего дурочку мира городского. Ну, и возьму я опять каршеринг на следующий раз. Ведь, чуваки, такие истории как у нас – это же кайф! Все эти попперы, закладки, говно... какие у нас слова, братва. На этом пока всё, ребята. До встречи, когда снова в городе заблудимся!
Ох, ну привет, ман! Ну что, тут собрались понастальгировать о днях, когда "закладки" в моей жизни были важнее всего? Хех, я готов поделиться этой историей, но знаете, она не будет пропитана розовыми облачками и позитивом. Ведь речь пойдет о том, как я купила метадон и перестала бояться.
Знаете, ман, я никогда не думала, что стану этой мрачной фигурой, ходящей по притонам в поисках следующей порции. Но жизнь меня ударила так сильно, что я не смогла оттолкнуться от ее темных глубин. И метадон стал моей последней надеждой на спасение.
Начну с того, что мне нравилась эта атмосфера притона. Поначалу я думала, что это просто игра, маленький ребус, который я могла сама собрать. Но с каждым днем, эта игра все больше и больше захватывала меня в свои сети. Я была как птица, попавшая в клетку, и только ускользающее от меня сознание, подогреваемое марихуаной, позволяло мне забывать о реальности.
Ведь именно на траве я познакомилась с этими законченными наркоманами, которые уже стали для меня "семьей". Они говорили об амфетамине как о "спиде", а метадон здесь был чем-то особенным, своего рода спасением. Когда я первый раз попробовала этот метадон, я почувствовала, что моя голова стала как башня. Внутри всё вертелось, все мысли срывались с цепи и превращались в бесконечный стук в ушах.
Ах, да! Помню, как тогда "семья" заботливо накатывала мне таблетки, они были их специальным мундштуком в этот мрачный мир. А вкус метадона, в конце концов, я сравнивала лишь с пресной водой, которая капала в горло безразлично. Центральная башня, ман, она была моей депендансой. Я уже не боялась. Эта чертова субстанция превращала меня в маленького алхимика, готового раздербанить дозу на две, четыре, шесть таблеток. Ведь я уже не была той самой девчонкой с круглыми глазами, я стала сильнее.
В моей жизни притона были и свои закрытые тайны. Я помню, как каждый вечер садилась на холодный стул в темном переулке и смотрела в эту проклятую трубку. Трубка, которая стала своеобразным символом моей зависимости. Она приносила мне удовольствие, но разум знал, что эта удовлетворенность лишь на время. И когда наступали эти "черные минуты", я все чаще задавала себе вопрос: "А почему бы не остановиться? Почему бы не перестать бояться и выбраться из этой мрачной пучины?"
Возможно, ман, остановиться - это значит снова начать жить. Жить так, чтобы каждый день не был притоном, а был цветущим полем счастья. Но сейчас я не могу. Я слишком глубоко погрязла в своем мире, в котором метадон стал неотъемлемой частью моей жизни.
Ох, да, ман, я купила этот метадон, и он стал моей опорой. Но знаете, однажды я пыталась отвлечься от него, вернуться в мир настоящих людей. Но тот мир оказался слишком ярким, слишком далеким от моей мрачной реальности. И я снова погрузилась в свою черную бездну...Поймите меня правильно, ман. Я не призываю вас начать свой путь в притоне. Нет, ну его к черту! Ведь от этой чертовой трубки не будет никакой пользы для вашей жизни. Этот способ существования лишь уносит от вас любовь, радость и надежду.Я зацепила дно, ман. Я утонула в метадоновой черной мгле и стала мертвой душой. Но все же остается надежда, хотя и туманная. Ведь, может быть, когда-нибудь я смогу вырваться, вернуться в реальность и начать жить снова.
Наркотики Реальная жизнь Плюсы Удовольствие, отрыв от проблем, временная радость Любовь, счастье, возможности Минусы Зависимость, отброс от общества, безысходность Риски, трудности, но и настоящая радость Но пока что я остаюсь здесь, заколоченная в своем западне. И пока я не готова отпустить этот чертов метадон из своей жизни, он будет продолжать пугать и удерживать меня в невидимых цепях.
